Жена тайком продала «семейную» машину, владельцем которой по документам был ее супруг. Тот, узнав о сделке, потребовал вернуть свою собственность. Покупатели возражали, утверждая, что являются добросовестными приобретателями. Суды трех инстанций решали, возможна ли виндикация, для чего нужно было выяснить, был ли автомобиль продан против воли истца.

Приобретая автомобиль, будьте осторожны. Может оказаться так, что продавец не имел права выставлять машину на продажу, а настоящий владелец потребует потом возвращения своего имущества. Придется вступать в тяжбу и через суд доказывать, что вы были добросовестным приобретателем. Адвокат Алексей Михальчик говорит, что подобных споров в российских судах очень много, и в подавляющем большинстве случаев суды принимают решения в пользу прежнего собственника. «При этом покупатели иногда становятся заложниками, по сути, мошеннических схем», – отмечает он.

«Продавать машину я не хотел»

В 2013 году Алексей Золотов* купил новую «Lada Kalina», взяв автокредит на сумму 348 000 руб. в «Русфинанс Банке». Возврат денежных средств обеспечивался договором залога, стоимость имущества (автомобиля) по которому была оценена в 399 000 руб. Сам Золотов машиной практически не пользовался, отдав ее жене, о чем та написала расписку. В марте 2015 года супруги разошлись, но оформлять развод не спешили. А через месяц мужчина узнал, что Золотова, не спросив его согласия и даже не сообщив об этом, продала авто Игорю Чижову* за 50 000 руб. А тот, в свою очередь, перепродал его Людмиле Алексеевой*, уже за 200 000 руб., которая теперь по всем документам являлась владельцем машины.

Золотов обратился в Бобровский райсуд Воронежской области (дело № 2-696/2015), требуя признать недействительными оба договора купли-продажи и вернуть ему автомобиль. В исковом заявлении он указывал, что машину продавать не собирался, договора купли-продажи не заключал, подпись в нем не ставил и денег за авто не получал. Кто поставил подпись в соглашении от его имени, мужчина сказать не мог. Кроме того, он просто не имел права этого делать, поскольку «Lada Kalina» находится в залоге у банка и без его согласия сделка состояться не могла. Представители ответчиков-покупателей говорили о том, что Золотов сам передал автомобиль супруге, а значит, тот «выбыл из владения не против его воли», и просили признать своих доверителей добросовестными приобретателями.

Согласно ст. 301 ГК, собственник имеет право требовать возврата своего имущества из чужого незаконного владения. Суду предстояло решить, действует ли это «виндикационное правило» в случае с Золотаревым и обоими покупателями его автомобиля.

В п. 1 ст. 302 ГК говорится: если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По делу была назначена графологическая экспертиза, результаты которой показали, что истец действительно не подписывал договор купли-продажи авто. Да и сам он неоднократно подтверждал, что намерения продавать машину не имел. В результате суд первой инстанции решил, что имущество выбыло из собственности владельца против его воли, в связи с чем оно подлежит истребованию из незаконного владения Алексеевой. Апелляция поддержала эту позицию, после чего неудачливые покупатели обратились в ВС (дело № 14-КГ16-9).

Суды ошиблись трижды

ВС напомнил о положениях п. 39 совместного постановления Пленума ВС и ВАС «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав» от 29 апреля 2010 года. В указанной норме говорится, что собственник должен доказать, что имущество было отчуждено не по его воле. Признание недействительной сделки, во исполнение которой собственность переходит иному лицу, доказательством этого может и не являться. «Владение может быть утрачено в результате действий самого владельца, направленных на передачу имущества, или действий иных лиц, осуществляющих передачу по его просьбе или с его ведома. В подобных случаях имущество считается выбывшим из владения лица по его воле», – указывает ВС. Он направил дело на пересмотр в апелляцию, указав на ряд ошибок, допущенных судами нижестоящих инстанций.

Во-первых, они незаслуженно проигнорировали расписку от 15 марта 2015 года, которой Золотов передавал автомобиль в фактическое владение супруги. Бобровский райсуд указал, что этот документ «не имеет правового значения, поскольку собственник вправе распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению и передавать его в пользование другим лицам», апелляция с этим согласилась. Однако они не учли положения ч. 1 и 2 ст. 35 СК, согласно которым супруги владеют, пользуются и распоряжаются общим имуществом по обоюдному согласию. При совершении сделки одним из супругов предполагается, что он действует с согласия другого (в нашем случае – даже подтвержденного распиской). Суды не исследовали, как машина попала к Золотовой и могла ли та ей распоряжаться, на что и указал ВС.

Второй спорный момент в том, что ни Золотов, ни его жена не заявляли о хищении автомобиля и правоустанавливающих документов на него либо об их утрате иным способом. Вместе с тем указанные предметы были переданы новому собственнику – Чижову в присутствии некоего С. Тот в своих письменных объяснениях говорил, что Золотов против сделки не возражал и присутствовал при ней, но в судебном заседании как свидетель допрошен не был. Таким образом, суды не установили, как именно машина выбыла из собственности истца.

В-третьих, удовлетворяя требования, суд первой инстанции, а за ним и апелляция опирались на результаты почерковедческой экспертизы, которая была проведена с нарушением требований процессуального законодательства. Например, эксперты исследовали не оригиналы подписи истца, а образцы его почерка на копиях документов.

Мнения экспертов разошлись

Эксперты, поделившиеся с «Право.ru» своим мнением, относительно позиции ВС по этому делу, оценивают его по-разному. Например, Павел Хлюстов, адвокат, партнер в «Барщевский и партнеры», считает, что это дело стоит воспринимать позитивно, поскольку оно свидетельствует о том, что Гражданская коллегия ВС, «наконец-то, начала проводить грань между владением и собственностью при рассмотрении виндикационного иска». Юрист предполагает, что этот судебный акт может изменить сложившуюся судебную практику судов общей юрисдикции, обычно удовлетворяющих такие иски. «Согласно ст. 302 ГК, в тех случаях, когда собственник добровольно передал имущество во владение другого лица (в данном случае супруге), а указанное лицо по собственному усмотрению распорядилось имуществом вопреки воли собственника, истребовать имущество у добросовестного приобретателя нельзя. Это обусловлено тем, что законодатель возлагает на собственника риск выбора доверенного лица, которому он вверяет свое имущество. Таким образом, собственнику следует внимательней подходить к выбору лица, которому он передает имущество, как показывает это дело и многочисленная судебная практика, даже супруг может вести себя недобросовестно», – комментирует Хлюстов.

Его коллега адвокат Алексей Михальчик говорит, что ему выводы ВС по данному делу представляются далеко не бесспорными, поскольку суд свои доводы о возможном наличии воли истца на отчуждение имущества обосновывает тем фактом, что супруги не обращались с заявлением о хищении. «Представляется, что обращение с иском уже является свидетельством отсутствия такой воли, – сомневается Михальчик. Но продолжает уже на более позитивной ноте: – Тем не менее, защита прав добросовестного приобретателя крайне важная тема, которая заслуживает самого пристального внимания высшей судебной инстанции. Весьма пространное решение ВС дает надежду на то, что ситуация кардинальным образом изменится и суды начнут внимательнее рассматривать  доводы сторон и защищать права добросовестных приобретателей, если такая необходимость возникнет».